Новости Новороссии сегодня 26.04.2016 #ДНР #Донецк #Новороссия #Украина

           

Новости ДНР и ЛНР сегодня 26 апреля 2016 г.
Киев готовит эвакуацию детей на мариупольском направлении. Порошенко призывает НАТО провести «разведку боем». Сводка боевых действий в Новороссии. Гражданская война на Украине. Сводки АТО. Новости Украины.

17:16 Киев готовит эвакуацию детей на мариупольском направлении

Срочное сообщение от «Русской весны».

В распоряжении уполномоченных органов МО ДНР появились документы о поручениях гражданским администрациям оккупированной Украиной части ДНР и ЛНР подготовить эвакуацию детей в связи с возможной эскалацией боевых действий в мае этого года.

В документах говорится о том, что в середине апреля поступили указания по проработке плана эвакуации детей из Мариуполя. Содержится в этих документах и прямое поручение обеспечить эвакуацию детей из «зоны активного проведения антитеррористической операции».

Приводится также список населенных пунктов, в которых обострение наиболее вероятно. Перечисляются, по сути, прифронтовые поселки на мариупольском направлении.

Комментарий Кассада

Разумеется, подобные мероприятия готовят вовсе не тогда, когда собираются неукоснительно перемирие.

Очень вероятно, что утечка документации произошла из административных органов Мариуполя, где, несмотря на все чистки, до сих пор немало сторонников ДНР и противников киевских властей. Стоит напомнить, что представители Минобороны ДНР уже не раз указывали на усиление Волновахской и Мариупольской группировок ВСУ, ссылаясь на данные разведки.

Непосредственно наступать на Новоазовск ВСУ вряд ли станут, на Мариупольском направлении противник больше ориентирован на активную оборону. Потенциальный удар может быть нанесен в районе Докучаевска (где ВСУ поджимают нейтралку и куда армия ДНР недавно перебрасывала подкрепления) и Еленовки — либо с целью прорваться к границе ДНР с РФ, чтобы отрезать соединения армии ДНР под Новоазовском, либо же, взяв Докучаевск, нанести удар по Донецку с юга, с выходом к Петровскому району.

Этот план далеко не нов, но с точки зрения ВСУ он выглядит вполне логичным, так как добиться серьезных успехов под Донецком и Горловкой атаками в лоб вряд ли получится — плотная жилая и индустриальная застройка, достаточно высокая концентрация войск.

Для активных планов все же требуются более благоприятные направления и фронт к югу от Донецка дает несколько подобных зацепок для различной военной активности.

С другой стороны, наличие таких планов никак не отменяет политическую обусловленность минского курса, где все его участники занимаются банальной имитацией выполнения минских соглашений и договоренностей «нормандской четверки», которые сильно расходятся с тем, что на самом деле происходит на Донбассе.

Нежелание сторон выступить в роли главного инициатора срыва этих соглашений толкают стороны на попытки передать право «первого хода» противнику, чтобы получить как военные, так и политические выгоды.

Такая ситуация может поддерживаться сторонами еще достаточно долго, но вместе с тем нельзя исключать, что инерция минского курса может послужить прикрытием для подготовки наступательных действий.

17:05 Порошенко призывает НАТО провести «разведку боем»

Материал от издания «Свободная Пресса».

Президент Украины Петр Порошенко заявил, что заручился согласием партнёров по «нормандской четверке» на размещение в Донбассе полицейской вооруженной миссии ОБСЕ. «Я очень рад, что эта твердая позиция украинской стороны сейчас поддержана нашими партнёрами. …И, наконец-то, мы видим, что Россия соглашается на этот формат. Думаю, что у нас это должно получиться», — приводит слова Порошенко, сказанные в интервью украинским телеканалам, «Интерфакс».

Как уверяет господин Порошенко, Вооружённые силы Украины (ВСУ) ведут лишь огонь в ответ. Но почему-то, по его версии, наблюдатели ОБСЕ не всегда могут определить, с какой же стороны прилетела мина или снаряд, «поскольку они не вооружены». Дескать, именно получив в руки автоматы и миномёты, полицейские ОБСЕ смогут «обеспечить безопасность и защитить себя».

«Я думаю, что политическое урегулирование может начаться только тогда, когда будут обеспечены критерии безопасности», — спрогнозировал Порошенко.

Именно таким образом украинский президент собирается «не допустить легитимизировать российскую оккупацию через механизм псевдовыборов по примеру крымского псевдореферендума или псевдовыборов 2 ноября 2014 года».

Что называется, «смешались в кучу люди, кони». Совершенно непонятно, каким образом полицейские, которые по мысли господина Порошенко, должны будут контролировать прекращение огня в Донбассе, не дадут состояться выборам, предусмотренным Минскими соглашениями?

Правда, в ОБСЕ уже успели несколько охладить президента Украины, заявив, что концепция полицейской миссии в Донбассе в ОБСЕ не рассматривалась, и что это не более чем идея, которая вызывает немало вопросов у подавляющего числа государств-участниц. Источник РИА «Новости» в венской штаб-квартире ОБСЕ сообщил, что «эта идея опережает все события.

Эту идею украинская сторона продвигала, сначала это были некие миротворцы ООН, потом это превратилось в некую идею по миссии под эгидой ЕС. Теперь полицейская миссия ОБСЕ. Ни концепции, ни обсуждений, как эта миссия могла бы выглядеть, не было».

— Для начала господину Порошенко надо было внимательно изучить, как действуют полицейские миссии ОБСЕ, — говорит директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов. — К тому же их было не так много. Как правило, такая миссия действует в зоне, где до её прибытия прекращены боевые действия. Её задача — помочь местным властям наладить систему правопорядка, участвуя в работе местных правоохранительных органов.

Исходя из такой логики, сначала в зону конфликта должны быть введены миротворцы. Не важно, будут ли это миротворцы НАТО или сил ОДКБ, к примеру. Никогда полицейских ОБСЕ не пошлют туда, где каждый день сотни раз противоборствующие стороны обстреливают друг друга, в том числе, из тяжёлых вооружений.

В случае с Донбассом это вообще невыполнимо, поскольку Россия не согласится на ввод миротворцев стран НАТО, а руководство Североатлантического альянса, в свою очередь, не захочет там видеть российские «голубые каски». Если Порошенко рассчитывает, что Россия, «усыплённая» обещанием, что в итоге там окажется «полицейская миссия», пустит войска НАТО в Донбасс, то это просто смешно.

В любом случае, до реального перемирия и развода войск ни один полицейский ОБСЕ не поедет в зону боевых действий. Он чётко знает, какие у него полномочия и обязанности. Воевать за Украину, на чьей бы то ни было стороне, эти господа не будут.

«СП»: — Возможно, Порошенко намекает на миротворческий контингент по типу того, который продолжает действовать в Приднестровье?

— Кстати, там до сих пор украинские и российские военнослужащие формально входят в единый миротворческий контингент. Да, там, в основном благодаря усилиям России контроль за ситуацией был налажен, кровопролитие остановлено. Но в случае с Донбассом, повторяю, непонятно, из кого будут создавать подобный смешанный контингент, который станет настолько влиятельной силой, что сможет развести воюющие стороны и контролировать буферную зону.

Разве что попытаться привлечь индийцев и малазийцев. Но это, во-первых неэффективно, а во-вторых, у этих стран своих проблем хватает, далеко не факт, что они согласятся посылать своих граждан рисковать жизнями ради столь сомнительной затеи, да ещё от лица европейской организации.

— Как бы вы оценили роль ОБСЕ за два прошедших года войны в Донбассе?

— Могу сказать, что это был хоть какой-то мониторинг ситуации. Впрочем, в самые горячие месяцы войны миссия ОБСЕ сворачивала свою деятельность. Однако сам факт нахождения там наблюдателей этой организации заставлял украинских силовиков в некоторых случаях действовать хоть немного осторожнее.

Кроме того, именно с ОБСЕ связано, что до Европы стала доходить хотя бы относительно объективная информация о происходящем в Донбассе. До этого там слышали только то, что «сообщал» Киев. Ну, а в остальном роль этой организации была и остаётся более чем скромной. Они могут только фиксировать и делать свои выводы о том, какая сторона нарушила перемирие. Для того чтобы контролировать ситуацию в Донбассе и влиять на неё, у них нет ни сил, ни полномочий.

— На мой взгляд, введение полицейских сил ОБСЕ не повлияет существенно на ситуацию, — говорит исполнительный директор Российско-украинского информационного центра Олег Бондаренко. — Эта миссия там и так есть с самого начала конфликта. Наличие или отсутствие оружия у инспекторов этой организации — момент не принципиальный. Наложить на полицейских ОБСЕ миссию миротворцев, которые будут находиться в буферной зоне, вряд ли получится.ъ

Для этого надо, во-первых, набрать достаточное число людей, которые согласились бы выполнять эту миссию, рискуя жизнью. Сейчас число наблюдателей ОБСЕ в Донбассе — несколько десятков человек. А если вести речь о реальном разграничении противоборствующих сторон, то понадобятся тысячи вооружённых полицейских. Это сложно будет сделать, начиная с того, что столь масштабные операции не предусмотрены в уставе ОБСЕ. И для такой масштабной операции необходимо согласие всех стран, входящих в эту организацию, что маловероятно. А если по Донбассу будут просто разъезжать несколько десятков или сотен человек с автоматами и логотипами ОБСЕ, то реально на обстановку это не повлияет.

«СП»: — А не получится ли, что под видом полицейской миссии в Донбасс введут «переодетых» натовцев?

— Полицейская и миротворческая операции отличаются в принципе, поэтому такой подлог вряд ли возможен.

— Однако Запад, как раз мастер по «подлогам». Мы помним, что в той же Ливии именно страны ОБСЕ, воспользовавшись решением ООН о беспилотной зоне в этой стране, разбомбили армию Муаммара Каддафи.

— Я думаю, российские дипломаты в данном случае не допустят казуистики. ОБСЕ и НАТО слишком разные организации. Односторонние действия с любой стороны вряд ли возможны. Может, Порошенко и хотел бы продавить такой вариант, но его крайне сложно осуществить. Как раз принципиальным моментом, почему изначально в Донбассе оказались наблюдатели ОБСЕ, а не миротворцы ООН, стало именно то, что у ОБСЕ нет своих вооружённых сил.

Но даже если в Донбассе окажутся миротворцы «европейского толка», я лично не вижу в этом большой беды. Наоборот, будет ясно, кто первым начинает обстрелы. Порошенко, конечно, хотел бы, чтобы они оказались на всей территории ДНР и ЛНР, включая их границу с Россией. Но на это «непризнанные» республики, конечно, не согласятся.

16:52 В ЛНР сбит украинский беспилотник

Ситуация в зоне ответственности Народной милиции существенных изменений за минувшие сутки не претерпела, продолжает оставаться напряженной и сохраняет тенденции к обострению. Хотя сегодня фактов обстрелов со стороны ВСУ не зафиксировано, но украинские силовики продолжают провокации, направленные на срыв мирного урегулирования конфликта.

Имеют место голословные обвинения со стороны командования, так называемой антитеррористической операции, о попытках проникновения ДРГ НМ ЛНР на территории подконтрольной Украине или в обстрелах мирных жителей проживающих на линии соприкосновения сторон. Все это не более чем привлечение внимания и средство устрашения своих же граждан, дабы оправдать проведение карательной войны.

Нынешней Киевской власти как никогда нужен внешний и внутренний враг, который понесет ответственность за все неудачи правительства, в глазах населения Украины.

Вместе с тем украинская сторона продолжает вести разведку над территорией народной республики, с использованием БПЛА. Хочу заверить украинских военных о бесполезности данных мероприятий, подразделения ПВО НМ ЛНР пресекают все попытки использования ВСУ БПЛА. Так, вчера нашими военнослужащими был сбит очередной украинский беспилотник над территорией республики.

Также по данным нашей разведки стало известно, что в Станично-Луганском районе замечены бывшие военнослужащие батальона «ТОРНАДО», который стал широко известен своими военными преступлениями против мирных жителей Луганщины. Сейчас этот батальон переименован в батальон «ОДЕССА». В н.п. Станице-Луганской и Ольховой стали известны факты о насильном выселении из собственных домов мирных жителей украинскими силовиками и многочисленными фактами мародерства. В целях устрашения мирных жителей военнослужащие ВСУ открывают огонь из стрелкового оружия.

В район н.п. Счастье, производится ротация подразделений ВСУ на батальоны «АЙДАР» и «АЗОВ», также ставшими широко известными своими пьяными дебошами и мародерством в отношении граждан.

В очередной раз хочу обратиться к Мониторинговой Миссии ОБСЕ, приложить все возможные усилия для прекращения провокаций ВСУ и нарушений Украиной Минских договоренностей, которые могут вызвать эскалацию вооруженного конфликта на Востоке Украины.

Целями украинских силовиков становятся не только военнослужащие НМ ЛНР, но и мирное население, а также представители международной миссии ОБСЕ. Сегодня, в 11.00 в районе перехода Станично-Луганское патруль СММ ОБСЕ был обстрелен украинскими силовиками из стрелкового оружия. Этот факт говорит о том, что киевские власти не готовы к мирному диалогу и всячески пытаются воспрепятствовать к открытию пункта пропуска.

Мы в свою очередь готовы сотрудничать с международными организациями, а также киевским руководством, не взирая на проводимые провокации со стороны военнослужащих ВСУ, так как нашей единственной целью является прекращение огня и мир на всей территории нашей молодой республики.

12:35 Сводка от военкора Андрея Костина

Несколько десятков обстрелов территории ДНР, раненая мирная жительница, новая партия военной техники у линии соприкосновения, сорванные ВСУшниками работы по восстановлению газопровода – таковы основные события 238-х «перемирных» суток в ДНР.

Число обстрелов территории ДНР со стороны ВСУ за последние сутки составило 660. Цифра впечатляющая в сравнении с предыдущими, 237-ми сутками, когда территория республики была обстреляна 305 раз. По данным минобороны ДНР самые интенсивные обстрелы велись по Ясиноватой и Докучаевску. Под огнем противника оказались также Спартак, Старомихайловка, район шахты Абакумова.

Обстрелы велись из минометов, БМП, гранатометов и стрелкового оружия. Всего по пострадавшим населенным пунктам было выпущено 35 мин калибра 82 и 120 мм. В поселке Старомихайловка получила осколочные ранения женщина 1944 года рождения. Как и в предыдущие дни, все данные об обстрелах были переданы специально мониторинговой миссии ОБСЕ, представители которой закрывают глаза на нарушения со стороны ВСУ.

Немного поутихли и бои вдоль линии фронта. За минувшие сутки под Марьинкой шли пулеметные перестрелки и работали снайперы. Вести беспокоящий огонь каратели начали приблизительно в 19-00.

Ясиноватскую развилку ВСУ обстреливали из тяжелой ствольной артиллерии. А к северу от Горловки, со стороны Майорска, по позициям ВС ДНР стреляли танки ВСУ. По всей линии фронта каратели вели разведку с помощью БПЛА.

В полночь с Марьинского направления ВСУ обстреляли жилой сектор микрорайона Трудовские из гранатометов и зенитных установок. В результате аварийно отключилась одна из подстанций, и поселок частично остался без электричества. А те жители Петровского района, у которых был доступ к интернету, сообщали в соцсетях, что слышны прилеты тяжелых снарядов и после каждого такого приземления земля под ногами дрожит.

В это же время возобновились бои на линии Авдеевка-Красный партизан. Интенсивность боя была переменная, противник использовал минометы, зенитки и стрелковое оружие.

В Горловке самые интенсивные обстрелы начались в 23-15, загрохотало западное направление со стороны Широкой балки. Была слышна работа АГС, РПГ и одиночные разрывы снарядов. Под Зайцево работали АГС и пулеметы.

В утру появились дополнительные сведения об обстрелах. Минобороны ДНР сообщило, что за ночь ВСУ выпустили 41 мину по окраинам Донецка, Горловки, Ясиноватой и селу Саханка. Обстрелы прекратились только в 4 часа утра. Огонь вёлся с позиций карателей в Марьинке, Жованке, Авдеевке и Широкино.

Возмутительная информация поступила из-под Марьинки, где военнослужащие ВСУ обстреляли собственные позиции и группу саперов, занятую разминированием, проводившимся с целью восстановления газопровода между Марьинкой и Донецком. Таким образом, они сорвали уже четвертую попытку восстановить газоснабжение западных районов Донецка и пригородов столицы ДНР.

Под Авдеевкой – новая провокация со стороны ВСУ и боевиков националистических батальонов. Нацисты из «ОУН», входящие в состав 81-й бригады ВСУ, обстреляли солдат-срочников, отказавшихся вести огонь по территории ДНР. В результате двое погибших и трое раненых.

Это далеко не первое столкновение нацистов с лояльно настроенными жертвами мобилизаций. Как сообщил на брифинге Эдуард Басурин, подобные боестолкновения часто происходят под Мариуполем и Волновахой в 36-й и 56-й бригадах.

А вот драка между сотрудниками СБУ и нацистами из «Азова», которая произошла недавно в Славянске, велась без применения оружия. Об этом случае сообщают жители оккупированного города. По их информации, разборка случилась в воскресенье вечером, прямо в центре Славянска.

В кулачном поединке сошлись по три человека с той и другой стороны. Счет поединка 1:1, так как в больнице оказался один нацист из «Азова» и один охотник за «сепаратистами» из СБУ. По свидетельствам очевидцев, все шестеро участников драки были изрядно пьяны.

Переброска техники к линии соприкосновения продолжается. За последние сутки, по данным разведки ДНР, противник перебросил к линии соприкосновения 10 танков, 10 БМП и БТР, 40 автомобилей с боеприпасами, 2 ЗРК, одну САУ. Передвижение техники и боеприпасов идет на горловском и мариупольском направлении.

«Перемирие» в поселке Зайцево

Фронтовая заметка от военкора Марины Харьковой.

Каждый день в сводках фигурирует северный пригород Горловки, поселок Зайцево. В нем крайне редки часы затишья. Как живется людям в месте, которое считается нейтральной, буферной зоной, но на самом деле является сейчас, возможно, самой горячей точкой на карте боевых действий, как выглядит ситуация на фронтовом рубеже, станет ясно из этого репортажа.

— Сейчас день, слава богу, не стреляют, но с восьми часов и всю ночь стреляют постоянно и очень активно – минометы, танки, даже тяжелая артиллерия. В последнее время интенсивность обстрелов увеличилась, следовательно, увеличилось количество разрушений и раненых, только за последние три дня – шесть человек. Одна женщина — в тяжелом состоянии, у нее височное ранение, врачи борются за ее жизнь. Много раненых с осколочными ранениями. У мужчины, которого достали из-под завалов его дома, сломана рука. К нам не едут ни МЧС, ни «скорая», поэтому людей стараемся сами эвакуировать.
Улица Лисянского наполовину сгорела. Пожарные не едут, а люди стоят перед выбором – оставаться в подвалах, спасая свою жизнь, или под обстрелом спасать имущество. Вот и горят дома – за одну ночь семь домов недавно сгорело. Мы все время недоумеваем: чем же они стреляют, что даже песок горит?
Люди находятся в депрессивном состоянии. У нас как началась война, так ни на день не прекращалась. Ни на день. Постоянные обстрелы. Многие люди уехали, особенно с улиц, которые примыкают к блокпостам, но даже и там еще живут! Правда, живут не в домах, а в подвалах. Например, на улице около блокпоста в доме остались дедушка с бабушкой, говорят, а куда мы уедем? Живут и семьи с детьми. Считается, что в нашем поселке нет детей. Но это не так, они живут здесь, и даже учатся. Школа не работает, но мы оборудовали помещения в библиотеке, где учатся дети младших классов, приходится размещать несколько классов в одной комнате. С 1-го по 3-й вместе сидят, с 4-го по 6-й, с 7-го по 9-й. А старшие школьники ходят в Никитовку.

— Сколько людей до сих пор живет в Зайцево?

— До войны – три с половиной тысячи, сейчас остались две тысячи двести человек. Из них семьсот человек уезжают на ночь в Горловку или окрестные поселки, а днем возвращаются, потому что без огорода не проживешь, да и за домом присматривать надо. Вы напишете правду о том, как мы живем?

Ирина Дикун пристально смотрит на меня, оценивая прочность характера. В Зайцево нет полутонов: каждый из них, живущих прямо на линии фронта, рискует своей жизнью ежеминутно, поэтому никто не тратит время на условности, пафос или реверансы. Времени просто нет. Едва начнет сгущаться темнота, Зайцево попадет в ад взрывов, пожаров, смертей, ранений, страданий.

— Я – директор коммунального предприятия, но некоторые обязанности поселкового совета переданы нам, — продолжает рассказ Ирина, — Людям нужна власть, нужна поддержка, помощь. Но наш поссовет хотят вообще закрыть, постепенно забирают полномочия. Почему никто не думает, что в итоге людям не к кому будет обратиться за немедленной помощью? Уже сейчас к нам добраться можно только до обеда (автобусы ходят каждый час), а потом – проблематично. Но уехать, эвакуироваться, смогут не все. Старики – не смогут. Потому что не хотят. А некоторым семьям и податься некуда: и денег нет, да и никому они, по сути, не нужны…
Мы и справки, необходимые людям, выдавали, и пленку, чтобы закрыть окна. Если нас лишат этих обязанностей, то лишат последней надежды и жителей поселка.

— А как у вас с газом, электричеством, водой?

— Половина поселка обесточена. После каждого обстрела приезжают электрики, чинят линии, подсоединяют, но в эту часть поселка никак не могут восстановить подачу электроэнергии, потому что мы находимся в «серой» зоне. Однажды после повреждения ЛЭП электрики начали работать там, но были обстреляны. Украинская сторона отказывается подписать заявку на предоставление электрикам безопасных условий работы. Вот и живут люди уже почти пять месяцев без света. Сейчас еще холодно, продукты можно хранить в подвалах. А придет лето, жара, как тогда быть? С водой проблем практически нет – спасают колодцы. Но порывы воды не устраняются.

— А почему МЧС не приезжает?

— Они говорят, что их не пропускают военные – из-за опасности. Риск, действительно, очень большой. Но мы-то так живем все время. У нас одна мечта – победа и мир. Мы очень устали от войны, от жизни в подвалах, от постоянного страха. А я даже ночью, во время обстрелов не могу прятаться в подвале: вдруг позвонят и нужно будет кого-то вывозить, спасать? Я прошу об одном: не лишайте нас того, что мы еще имеем. Наоборот, дайте нам помощь, а не забирайте ее, как это сейчас пытаются сделать…

— А какова обстановка, когда приезжает ОБСЕ?

— При ОБСЕ – тишина. Но как только они уезжают – сразу же обстрел. Не знаю, сообщает ли кто-то украинской стороне об этом, или они сами контролируют приезды ОБСЕ. Между нашими и украинскими блокпостами не больше 500 метров, а иногда и намного меньше. В Жованке, например, всего одна улица разделяет воюющих. Иногда, очень редко, когда ночью уж очень сильно обстреливают, я звоню в ОБСЕ, и, наверное, по их звонку и требованию украинцы прекращают обстрел. Но это бывает очень, очень редко.

— Можете ли вы привести примеры личного мужества жителей, которые вас особенно поразили?

— Каждый день такие примеры, даже не вспомню сразу самый яркий пример. Героизма у людей хватает. Вспоминаю, сколько хороших и добрых людей погибло. Одна женщина, которая помогала старикам, подорвалась на растяжке, когда шла к старой женщине, чтобы ее накормить. Мы с мужем оказывали первую помощь (я окончила курсы ГО уже во время войны), приехала «скорая», но женщина умерла в больнице. Я не знаю, что украинцы за снаряды такие посылают, почему погибают уже в больнице люди даже с самыми легкими ранениями, даже если им вовремя и правильно оказали первую медицинскую помощь? У них развивалось заражение крови.

Когда школа работала еще в своем здании, была договоренность о режиме тишины во время учебного процесса. Мы пришли на работу, все тихо и спокойно. И вдруг начинается интенсивный обстрел – именно по школе. Снаряды ложатся прямо возле территории школы. Что делать с детьми? Как помочь? Я звоню в райисполком. А там говорят: а чем мы можем помочь? И тут подъезжает машина ритуальной службы. Шофер – молодой парнишка. Говорит: давайте спасать детей. Мы выбрасываем из машины гробы, венки и всю атрибутику. И под снарядами, под пулями едем в школу. Ребята – молодцы, выскочили сами через окна, а когда мы приехали, вместе стали вытаскивать детей и выводить их на менее обстреливаемую сторону. Так и вывезли всех ребятишек.

Когда мы возвратились, пришел страх, слезы, понимание, что мы могли погибнуть. У меня своих двое детей, правда, сейчас они живут не со мной, а с бабушкой. Верю, что если они окажутся в опасности, рядом с ними в критический момент тоже окажутся люди, которые помогут им.

Наши люди – настоящие. Соседи помогают друг другу — спасают из разрушенных домов и подвалов, делятся стройматериалами. Недавно был пожар на улице Обручева. Эта улица находится в зоне сильных обстрелов, но люди вылезли из подвалов и начали тушить горящий дом. А ведь каждый боялся за свою жизнь. Но и оставить соседей без помощи нельзя – стыдно. Как потом в глаза смотреть, как жить рядом? И наша служба, а у нас много женщин, всегда помогает тушить пожары. Страшно, конечно, но иначе никак.

— Гуманитарная помощь вам поступает?

— Да, но в основном потому, что мы сами связались и с российской стороной, и с Красным Крестом. Недавно привозили помощь представители Крымской епархии. Нам помогают и частные гуманитарщики. Очень многие люди откликнулись на нашу беду и помогают.

— Идет ли восстановление разрушенных домов?

— Зачем вкладывать деньги и материалы, если продолжаются обстрелы? И неизвестно, когда прекратятся. Но вот Красный Крест, например, выделил пленку для окон. А крыши покрываем тентом. Бессмысленно делать капитальный ремонт, пока идет война. Но как мы устали – от страха, от неустроенности, от неопределенности.
Все, кто не уехал из родного поселка, кто остался здесь, — герои. Люди остаются добрыми, отзывчивыми, часто, рискуя жизнью, помогают и соседям, и даже незнакомым. Я не знаю случаев, чтобы при этом люди опустились до злобы, ожесточились. Александр Жигун с улицы Есенина во время обстрела накрыл собой ребенка и принял осколки на себя. Девочка осталась жива. А Александр ходит со своими не извлеченными осколками и говорит, что пока они ему не мешают. Я горжусь нашими людьми. Они настоящие. Люди с большой буквы.

Мы выходим из здания поссовета, чтобы передать в Зайцево несколько пакетов с гуманитаркой от жительницы Дебальцево Натальи Ш. Горькая ирония: кому, как не жителям многострадального Дебальцево знать о тех испытаниях, что выпали на долю обитателей несчастного Зайцево? Отдаем продукты и идем по улице генерала Карбышева. Как таковой, улицы нет: это руины домов и обоженная снарядами земля, на которой островками пробивается к солнцу зеленая трава, к которой печально склонили головы первые тюльпаны, желтыми и красными пятнами выделяясь на фоне серых остовов и закопченных стен. 2016 год. Так выглядит война на Донбассе на улице Карбышева. А во дворе постоянно расстреливаемой школы номер 15 стоит памятник: каменные лица солдат в каске и в буденовке строго и непреклонно смотрят туда, где находятся нынешние защитники Зайцево и командир подразделения мотострелковой бригады республиканской армии, позывной Архар. Беспримерный героизм и стойкость солдат отряда Архара сравним с подвигом советских воинов, оборонявшим Брестскую крепость. Их берут на измор, окружают, уничтожают, методично расстреливая, как в тире, а они стоят, держат оборону, смотрят на лица каменных солдат и не сдаются. Местные жители стараются помогать своим защитникам, прекрасно понимая, чем грозит падение этого рубежа для поселка. Двор школы усыпан осколками снарядов всех калибров, а асфальт утыкан не взорвавшимися минами 82 мм, возле стены школы — воронки с белыми краями, что характерно для взрыва боеприпаса, содержащего фосфор. В рубеж обороны отряда украинцы почти беспрерывно бьют из САУ, танков, минометов, рпг, птуров, агс. Старая крепкая кирпичная кладка в 70 см пробивается, как картон.

— Какова ситуация на вашем участке фронта?

— Украинская армия прекращать войну не собирается. Они стоят в буферной зоне, в которой по Минским соглашениям не должно быть ни их, ни наших войск.

— Давно они заняли буферную зону?

— Прошлым летом. Потихонечку, часть за частью. Мы докладывали своему начальству, а нам ответили: мы должны соблюдать Минские соглашения – не стрелять, не выбивать противника с их позиций. ОБСЕ принципиально не видит нарушений со стороны украинской армии. Вот ВСУ и окопались здесь, укрепились, понастроили капониров. Нас разделяет расстояние в 600 метров с одной стороны, и около трех километров – с другой. Украинцы не бьют прямой наводкой только потому, что мешает бугор. Против нас стоит около двух батальонов, но у них происходят частые ротации, поэтому трудно точно определить количество живой силы противника.

— Как часто они пытаются прорваться?

— Почти каждый вечер. Но это не штурмовые отряды, а отдельные группы, которые различными путями при поддержке минометов и даже тяжелой артиллерии пытаются подобраться к нам поближе и нанести максимальный урон или совершить диверсию.
Мирному населению достается столько же, сколько и нам.

— Говорят, что украинская армия сейчас находится в состоянии боеготовности №1. Брали ли вы пленных и что они говорят?

— Пленные рассказывают разную информацию. Один пленный, родом из Хмельницкой области, сказал, что он дембель и ничего почти не знает. И это так. Им не разрешают свободно передвигаться по территории, поэтому они знают ситуацию в своем взводе, в своей роте – не больше. Он, конечно, рассказал то, что знал, но нам и так это было известно.

— А как он себя вел?

— И смех, и грех с ним вышел. Оказывается, он три дня отмечал дембель. Вот и доотмечался, что заблудился и случайно вышел к нам. Мы ему, конечно, помогли и довели. Сначала он не понял, куда попал, и все порывался сходить за выпивкой: «Хлопцы, давайте выпьем, где купить?». Потом с трудом, но до него дошло, что попал к нам. Националисты, «Правый сектор» стоят против нас совсем недолго. Если такие пленные к нам попадают, их сразу отправляем в штаб. Но и они дают информацию, ничего не держат в себе.

— Применялось ли против вас необычное вооружение?

— Я воюю с 14-го года, меня мало, что может удивить. А из того, чего не должно быть по Минским договоренностям, — это фосфорные снаряды, 120-е минометы, БМП – у них крупнокалиберные пулеметы, САУ, танки работают, 152-ые. А вот гаубицы и «Грады» по нам не работают – мы слишком близко стоим, они через нас перелетают.

— Расскажи о себе.

— Я местный, из Горловки. В украинской армии не служил. Гражданская специальность – составитель поездов. В ополчение пришел в июне 14-го года. Почему пошел воевать? Я пошел воевать против фашизма. Мои деды воевали против фашизма в Великую Отечественную войну. И когда бандеровцы пришли на мою землю, пришел мой черед воевать. А как иначе? И я, и мои товарищи не говорили высоких слов о борьбе с фашизмом. Мы нутром чувствовали: пришел враг. И спокойно, как на работу, пошли в ополчение.

— В вашем подразделении большие потери из-за обстрелов?

— Да, потери есть.

— Кого из ребят ты хотел бы выделить особенно?

— Все ребята достойны добрых слов, все одинаково достойно несут службу и выполняют свои обязанности. Иные здесь не задерживаются. Каждый боец должен быть уверенным в каждом товарище. Фронт быстро определяет цену человеку. Мы даже по двору, где стоим, передвигаемся определенным образом – так близко вражеские позиции. Им и снайперы даже не нужны – всё в зоне видимости невооруженным глазом.

— Мы победим? Когда?

— Победим. А вот когда? Мы сами этого очень ждем.

— Помогают ли вам люди, которые еще остались здесь?

— На переднем крае все – и солдаты, и мирные – в одинаковом положении. Мы уже с ними сроднились. Если ранен наш боец, мы часто ждем, когда уменьшится интенсивность обстрела, а вот если ранен мирный – сразу же пытаемся оказать помощь: и из-под обстрела достаем, и на своей машине вывозим.
Мы не сдвинулись с позиций, определенных Минскими договоренностями. А украинцы, захватив буферную зону, подставили мирных людей под постоянные обстрелы. Сократив обговоренные позиции, они кошмарят мирных людей без меры и без сочувствия. Но всех не запугаешь.
Люди пытаются нас подкормить, а мы делимся всем, чем можем, с ними. Вот только от компота редко какой боец откажется. Мы знаем всех детей, которые живут недалеко от наших позиций, относимся к ним по-отцовски.
Сейчас время работы на огородах. Укры не дают людям спокойно работать, специально обстреливают, это абсолютно неприемлемая ситуация. Еще одна опасность – неразорвавшиеся снаряды. По мере возможности помогаем от них избавиться. А если не можем сами справиться, вызываем МЧС.

— Бывают ли случаи минирования украинскими диверсантами гражданских дорог?

— Месяца два назад заминировали тропу к колодцу. Несколько жителей подорвались на растяжках.

— Всех своих раненых вы вывозите в тыл?

— Да. Но некоторые, особенно легкораненые, не хотят уезжать, остаются. Мы даем им несколько дней отдохнуть, а потом они возвращаются на позиции.

Мы осматриваем разрушенные классы школы. В одном лежит прилетевший с украинской стороны противотанковый управляемый снаряд, от него змеится по парте тонкая прочная проволока, в другом классе школьная доска исписана уравнением с интегралами, пол подсобки химкласса покрыт слоем стекла и осколков и только чудом уцелевшая реторта игриво отражала солнечных зайчиков, пропадавших в черном проломе стены. В библиотеке колышется на колонне портрет Тараса Шевченко, на полках лежат запыленные книги, среди которых самая видная – учебник по истории Украины. По нему тоже когда-то учились все эти украинские снайперы и артиллеристы, что теперь убивают людей Донбасса…

Обзор составлен из материалов интернет источников и соцсетей.

comments powered by HyperComments

           


Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru

Веб студия AS - создание сайтов, интернет магазинов, продвижение сайтов в поисковиках.
Товары для офиса и дома, бытовая техника Минск, столовая посуда в Минске недорого с доставкой.
Авторизованный технический центр Panasonic в Беларуси предлагает купить мини АТС в Минске с доставкой и установкой.